«Гуси-лебеди» пришли в современное общество еще из далекой древности. Определенного автора этого творения нет, поэтому сказка поистине считается народной. В ней рассказывается о простой крестьянской семье, которая, как и все, трудилась на своей земле и работала, не покладая рук. Дочка была старшей в семье, а сын был еще довольно маленьким, поэтому сестренка постоянно присматривала за своим братом.
Главная суть сказки
Все помнят, что по своей неопытности и халатности девочка потеряла брата, которого унесли гуси-лебеди. Пошла она по лесу за мальчиком, да только не сразу у нее получилось отыскать то, что она искала. Из-за нежелания жертвовать своими принципами, девочка долго скиталась по лесу и не могла добиться нужной информации. Лишь только тогда, когда дорога привела ее к Бабе-Яге, сестра отыскала брата, да только не понимала, что ее ждет. В тот момент, когда девочка оказала добрую услугу мышке и накормила ее, она смогла узнать правду и убежать прочь вместе со своим братом. На обратном пути им встречались именно те персонажи, которые в первый раз получили отказ. Именно тогда девочка согласилась на все условия для того, чтобы спасти себя и брата.
Интересные факты
Мало кто мог познать всю суть данной сказки. И река, и яблоня, и печка – это вполне реальные люди, которые ежедневно встречаются в повседневной жизни. Они готовы помочь и всегда добры к окружающим. Не стоит отказываться изначально от того, что кажется неприемлемым, противоречивым собственным принципам. Как говорится: «Сказка – ложь, да в ней намек». Нужно помнить о том, что абсолютно все сказки рассказывают о жизни, только в сказочной форме для того, чтобы донести нужную мысль до подрастающего поколения.
Герои
В сказке присутствуют герои, характер которых можно просмотреть по определенным действиям. Матушка с отцом – вполне серьезные люди, которые любят своих детей и заботятся о них. Они ежедневно ходят на работу и дают мудрые наставления своим детям.
Дочка, на момент начала сказки, очень несобранная и несерьезная девочка. Она забывает про брата, уходит гулять и абсолютно не думает о последствиях. Лишь в тот момент, когда девочка узнает о пропаже брата, ее характер меняется, но не сразу. По пути к Бабе-Яге она капризничает и не желает мириться с тем, что ее определенные принципы будут нарушены. Только на обратном пути она понимает, что ради близких людей нужно жертвовать чем-то своим.
Баба-Яга – очень хитрый и продуманный персонаж. С виду она кажется доброй и отзывчивой, вот только ее внутренний мир и замыслы абсолютно не соответствуют внешнему виду.
По сей день эту сказку дети очень любят слушать, и многие детские праздники включают в себя прослушивание «Гусей-лебедей».
Оригинал взят у mi6a_severjan в Изнанки сказок — «Гуси-Лебеди»
Сино́псис
(краткое содержание литературного произведения, в котором описывается сюжет и основной конфликт, а также даётся представление о главных героях)
В начале
было слово
надобно сказать, что не 1 только сказка «Гу́си-ле́беди» есть — есть и другие сказки, в которых одними из действующих героев являются гуси-лебеди.
Есть 2 основных сюжета:
1. Сказка «Гуси-лебеди»
Муж и жена уехали на ярмарку и оставили маленького сына дома. Старшая сестра, которой поручили следить за братом, «загулялась-заигралась» и бросила его одного. Малыша унесли гуси-лебеди. Девочка пустилась за ними в погоню и в конце концов нашла братца в избушке Бабы Яги.
По сути сюжет сказки – отображение обряда инициации (обряд, знаменующий переход на новую ступень развития, например перевод подростков в класс взрослых), субъектом которой в первоисточнике является похищенный брат, но в дальнейшем эта роль переходит к сестре. Соответственно сами образы гусей-лебедей, скорее всего, восходят к древним мифологическим представлениям о птицах-психофорах (то есть, переносящих души в загробный мир).
У Афанасьева сестрица не нашла бы брата, если бы ей не помог мудрый ёжик.
В обработке А. Н. Толстого она находит его сама.
У Афанасьева она просто прокрадывается к избушке и уносит братца.
В обработке А. Н. Толстого она заходит в избушку, беседует с Бабой Ягой и т.п., и только улучив момент, когда та не видит – убегает с братом.
2. Сказка «Ивашко и ведьма» (либо «Лутоня», либо «Терешечка»)
Сказка эта записана многократно и в большом количестве вариантов, главный ее герой носит различные имена (Ивашко, Лутоня, Терешечка).
Вот некий обобщенный вариант:
У старика со старухой не было детей. Однажды зимой старик отправился в лес по дрова. Нарубив дров, старик прихватил с собой еще и лутошку, липовый чурбачок. Дома он положил лутошку под печку (иногда на печку) и через некоторое время деревяшка превратилась в мальчика. (В некоторых вариантах старик специально отправляется за этим чурбачком, потом углем рисует на деревяшке личико, а старуха пеленает ее и укладывает в люльку.) К лету мальчик подрос и отправился на озеро удить рыбу. Старик сделал для него челнок – белый (серебряный), с красными (золотыми) веслами, а старуха дала ему белую рубашку с красным пояском. Днем мальчик плавает по озеру, а вечером подплывает к бережку, чтобы отдать старухе пойманную рыбу и переменить рубашечку и поясок. Баба Яга подманивает его к берегу и уносит в свою избушку. Там она поручает своей дочке изжарить мальчика, но ему удается обмануть Ягишну, сунуть ее саму в печь, выбраться из избушки и забраться на дерево. Яга принимается грызть или рубить ствол. В последний момент героя сказки спасают гуси-лебеди. Пролетающая стая сбрасывает мальчику «по перышку» и он мастерит из них себе крылья (т.е. обращается в птицу), либо последняя птица подхватывает его. Как бы то ни было, герой благополучно возвращается к себе домой.
А самое интересное, что в мифах южноамериканских индейцев, обитающих в джунглях Амазонки, южноамериканская ведьма занимается сексуальными домогательствами, а дерево, где спасается герой, пытается перегрызть с помощью зубастых гениталий. По мнению исследователей, в южноамериканском мифе закодированы некоторые характерные особенности, присущие матриархальным отношениям
Из всего этого ясно видно, что гуси-лебеди бывают
«плохие»
и
«хорошие»
.
«Плохие» гуси-лебеди воруют ребенка и уносят его к Бабе Яге (сказка «Гуси-лебеди»), а «хорошие» – помогают мальчику убежать от Яги и вернуться домой (сказка «Ивашко и ведьма»).
Истоки сюжета
Чтобы разобраться в истоках сюжета этих сказок надо обратиться к мифологии =)
Аполлон каждый сезон путешествовал на колеснице, запряженной белоснежными лебедями. Поздней осенью он улетал в блаженную страну Гиперборею (сверх-север), чтобы весной вернуться назад в Дельфы. Почти у всех народов северного полушария «север» ассоциировался со смертью, поэтому Гиперборея понятие не географическое, а мифологическое.
*Получается, что «плохие» гуси-лебеди уносят Братца к Бабе-Яге – то есть приговаривают к смерти.
В довесок можно вспомнить и миф о Зевсе, представшем перед Ледой в образе лебедя.
А теперь обратимся к сказке о «добрых» гусях-лебедях. Мальчика Ягишна пытается отправить в печь, он убегает и забирается на дерево, а затем то ли превратившись в птицу, то ли верхом на ней он возвращается в наш мир.
Лебеди являются неотъемлемой частью шаманских обрядов, и считалось, что именно они несут душу шамана в нужном направлении.
Алтайские шаманы пели о гусе: «Когда устанешь, пусть будет тебе конем. Когда соскучишься, пусть будет тебе товарищем, производящий вихри на горе Сумер, обмывающийся в Молочном озере.»
У тюрков и угрофиннов Гусиной или Лебединой дорогой называется Млечный путь.
*Видим, что «хорошие» гуси-лебеди напротив возвращают Ивашко в нужном направлении, то есть домой.
Гуси-лебеди В мифологической символике образ гусей-лебедей прекрасно подходит для роли медиатора, связывающего казалось бы взаимоисключающие базисные символы любой мифологии: верхом и низом, летом и зимою и, как следствие, между мужским и женским, жизнью и смертью.
Птицы (верх), но связанные с водой (низ); приносящие весну, но имеющие белоснежное оперение.
У айнов (народ, проживающий в настоящее время на острове Хоккайдо) лебедя называли «дух снега».
По словам киргиз лебедь приносит снег и холод.
В Англии, когда шел снег, говорили, что на небе щиплют гусей.
Русская народная примета:
Лебедь к снегу летит, гусь – к дождю.
Если зимой гуси-лебеди превращаются в снег, то весной, наоборот, снег превращается в гусей, лебедей.
У кетов (малочисленный коренной народ Сибири) Мать-Томэм весной выходит на берег Енисея и потрясает рукавами над рекой, из рукавов сыплется пух и превращается в гусей, лебедей, уток, которые летят на север.
Следует отметить, что гуси и лебеди далеко не во всех случаях выступают как синонимы – зачастую они противопоставлены друг другу как нижнее – верхнему, чужое – своему.
Селькупы (народ, живущий на севере Западной Сибири) считали, что в то время, как гуси и остальные перелетные птицы посылаются Небесной Старухой им в пищу, лебедей убивать нельзя. По представлениям кетов и селькупов лебеди понимали человеческую речь.
У многих народов Зауралья гуси и лебеди являлись тотемными животными.
У айнов существовали предания о происхождении человека от лебедя.
У монголов считалось, что первые люди были сделаны из лебединых лап.
Баба-Яга К уже перечисленным женским персонажам, связанным с гусями-лебедями, остается добавить русскую Бабу Ягу. Эти птицы охраняли ее избушку так же, как гуси охраняли храм Юноны Капитолийской (те самые гуси, которые спасли Рим).
В современном обиходном языке слово «Яга» звучит как ругательство. В древности же было совсем не так. Ба́ба-яга́ принадлежала к категории Великих Матерей, хозяек подземного мира, связанных не только со смертью, но и с производительными силами природы.
В некоторых сказках типа «Гуси-лебеди» сестра видит похищенного братца, играющего золотыми яблочками, которые в европейской мифологии связаны с вечной молодостью, половой силой продолжением рода.
Русская Яга – хозяйка яблоневого сада, яблоками или другой снедью заманивает она мальчика к себе, а в некоторых вариантах сказки он и сам забирается к ней в сад.
Поскольку в мифе животное-атрибут какого-либо персонажа четко не противопоставляется самому персонажу, хозяйка нижнего мира иногда выступает в виде гигантской птицы (*мне представляется, что Баба-Яга сама превращалась в гусей-лебедей в одноименной сказке и похищала братца).
Насколько тесно на Руси гуси-лебеди были связаны с представлением о загробном мире свидетельствуют народные песни, обычно относимые к историческому жанру – «Песни о татарском полоне». Старую женщину пленивший ее татарин заставляет «три дела делати: первое дело – кудель прясти, второе дело – лебедей (иногда – гусей-лебедей) стеречь, а третье дело – дитю качать».
Вглубь истории В начале первого тысячелетия до нашей эры в Средней Европе появляется новая символика. По всей территории от Черного до Балтийского морей археологами обнаруживаются изображения колесниц, запряженных гусями или лебедями. Водоплавающая птица служила солнечным символом, связывающим небесную и земную сферы, символом плодородия.
Археологический материал и более позднего времени достаточно богат «лебединой» темой и позволяет проследить ее значимость в том числе и на территориях, заселенных восточными славянами или их предшественниками. Около села Пожарская балка, близ Полтавы, раскопана ритуальная костровая площадка, датируемая VI в. до н. э. , на которой под слоем золы обнаружены около 15 2-метровых(!) изображений лебедей.
ЗаключениеВот вам и гуси-лебеди, вот вам и русская народная сказочка =)
Любая сказка — это не «развлекушечки» для детишек, а некий фольклорный миф определенного народа, через который раскрываются понятия о добре и зле, о религии и о социуме…
Гуси-лебеди как мне кажется априори не могут быть «плохими» или «хорошими», так как они несут в себе некое божественное участие. Гуси-лебеди и та молния Зевса, что поражает за провинность (в случае с братцем и его сестрицей это наказание ей за то, что она не слушала родителей и не следила за братцем), и то спасение, которое Боги даруют смертным (Ивашко как бы молился, когда сидел на дереве, сгрызаемым Ягишной, и Боги услышали молитвы и послали своих ангелов).
Ссылки
В основном при написании поста мною была использована публицистическая Статья Валерия Ронкина – очень советую ознакомиться с ней более пристально, так как я выделил из этой статьи интересующую меня линию гусей-лебедей, но многое осталось «за кадром». Так что дерзайте
The Magic Swan Geese or Гуси-лебеди is a Russian fairy tale collected by Alexander Afanasyev in Narodnye russkie skazki,[1] numbered 113.
It is classified in the Aarne-Thompson-Uther Index as tale type ATU 480A*.[2]
Synopsis[edit]
Once there was a couple who had both a daughter and a son. They left their daughter in charge of her younger brother, but one day she lost track of him and the magic swan geese snatched him away. The daughter chased after him and came upon an oven that offered to tell her if she ate its rye buns; she scorned them, saying she didn’t even eat wheat buns. She also scorned similar offers from an apple tree, and a river of milk. She came across a little hut built on a hen’s foot, in which she found Baba Yaga with her brother; Baba Yaga sent her to spin flax and left. A mouse scurried out and said it would tell her what she needed to know if she gave it porridge; she did, and it told her that Baba Yaga was heating the bath house to steam her, then she would cook her. The mouse took over her spinning, and the girl took her brother and fled.
Baba Yaga sent the swan geese after her. She begged the river for aid, and it insisted she drink some of it first; she did, and it sheltered her. When she ran on, the swan geese followed again, and the same happened with the apple tree and the oven. Then she reached home safely.
Translations[edit]
A more literal translation of the tale’s title is The Swan-Geese.[3]
Another translation of the tale, by Bernard Isaacs, was Little Girl and Swan-Geese.[4]
Analysis[edit]
Tale type[edit]
The tale is classified in the Aarne-Thompson-Uther Index as type ATU 480A*, «Three Sisters Set Out to Save Their Little Brother».[5]
German scholar Hans-Jörg Uther, in his 2004 revision of the ATU index, reported variants from Latvia, Lithuania, Russia, Belarus, Ukraine, and among the Mari/Cheremis and Wotian/Syrjanien peoples.[6] Jack Haney stated that type 480A* seemed to appear «very rarely» outside the area of the East Slavic languages.[7]
Variants[edit]
Russia[edit]
The oldest attestation of the tale type in Russia seems to be a late-18th century publication, with the tale «Сказка о Сизом Орле и мальчике» («The Fairy Tale about the Blue Eagle and the Boy»).[8][9]
Lithuania[edit]
Lithuanian folklorist Jonas Balys (lt), in his analysis of Lithuanian folktales (published in 1936), previously classified the Lithuanian variants as *314C (a type not indexed at the international classification, at the time), Trys seserys gelbsti raganos pavogtą broliuką.[10]
According to Stith Thompson’s reworked folktale classification (published in 1961), tale type AaTh 480A* registered 30 variants in Lithuania.[11]
Latvian[edit]
A similar story is found in Latvia, also classified as type AaTh 480A*, Bārenīte pie raganas («The Orphan in the Witch’s House»): the heroine’s little brother is taken by the witch to her lair. The heroine’s sisters try to get him back, and fail. The heroine herself is kind to objects on her way to the witch, rescues her little brother and the objects protect her when the witch goes after her.[12]
Estonia[edit]
The tale type ATU 480A* is also reported in Estonia, with the title Kured viivad venna ära («The Cranes Take the Brother Away»).[13] In the Estonian variants, the heroine’s little brother is taken away by cranes or geese.[14]
Adaptations[edit]
1949, «Soyuzmultfilm»: a 20-minute animated film «Гуси-лебеди» by the directors Ivan Ivanov-Vano and Aleksandra Snezhko-Blotskaya. It was repeatedly published on VHS and DVD in collections of the Soviet animated films.[15]
See also[edit]
- Labyrinth
- Prunella
- The Enchanted Canary
- The King of Love
- The Little Girl Sold with the Pears
- The Old Witch
- The Witch
- Hansel and Gretel
- Diamonds and Toads
- Frau Holle
References[edit]
- ^ Alexander Afanasyev, Narodnye russkie skazki «The Magic Swan Geese»
- ^ Russian Wondertales. II. Tales of Magic and the Supernatural (The Complete Russian Folktale). Edited and Translated with an Introduction by Jack V. Haney. M. E. Sharpe. 2001. p. xlii. ISBN 1-56324-490-X
- ^ «The Swan-Geese.» In: The Complete Folktales of A. N. Afanas’ev. Volume I. Edited by Haney Jack V. Jackson: University Press of Mississippi, 2014. pp. 200-01. doi:10.2307/j.ctt9qhm7n.74.
- ^ Vasilisa the Beautiful: Russian Fairytales. Edited by Irina Zheleznova. Moscow: Raduga Publishers. 1984. pp. 109-114.
- ^ Uther, Hans-Jörg. The types of International Folktales. A Classification and Bibliography, based on the System of Antti Aarne and Stith Thompson. Volume 1: Animal tales, tales of magic, religious tales, and realistic tales, with an introduction. Helsinki: Suomalainen Tiedeakatemia-Academia Scientiarum Fennica, 2004. p. 283. ISBN 9789514109560.
- ^ Uther, Hans-Jörg (2004). The Types of International Folktales: A Classification and Bibliography, Based on the System of Antti Aarne and Stith Thompson. Suomalainen Tiedeakatemia, Academia Scientiarum Fennica. pp. 283-284. ISBN 978-951-41-0963-8.
- ^ Haney, Jack V., ed. “COMMENTARIES.” In: The Complete Folktales of A. N. Afanas’ev. Volume I. University Press of Mississippi, 2014. p. 501. http://www.jstor.org/stable/j.ctt9qhm7n.115.
- ^ «Сказка о Сизом Орле и мальчике» at Wikisource (In Russian).
- ^ «Старая погудка на новый лад: Русская сказка в изданиях конца XVIII века». Б-ка Рос. акад. наук. Saint Petersburg: Тропа Троянова, 2003. pp. 146-152. Полное собрание русских сказок; Т. 8. Ранние собрания.
- ^ Balys, Jonas. Lietuvių pasakojamosios tautosakos motyvų katalogas [Motif-index of Lithuanian narrative folk-lore]. Tautosakos darbai [Folklore studies] Vol. II. Kaunas: Lietuvių tautosakos archyvo leidinys, 1936. pp. 25-26.
- ^ Aarne, Antti; Thompson, Stith. The types of the folktale: a classification and bibliography. Folklore Fellows Communications FFC no. 184. Third printing. Helsinki: Academia Scientiarum Fennica, 1973 [1961]. p. 167.
- ^ Arājs, Kārlis; Medne, A. Latviešu pasaku tipu rādītājs. Zinātne, 1977. p. 78.
- ^ Järv, Risto; Kaasik, Mairi; Toomeos-Orglaan, Kärri. Monumenta Estoniae antiquae V. Eesti muinasjutud. I: 1. Imemuinasjutud. Tekstid redigeerinud: Paul Hagu, Kanni Labi. Tartu Ülikooli eesti ja võrdleva rahvaluule osakond, Eesti Kirjandusmuuseumi Eesti Rahvaluule Arhiiv, 2009. pp. 579-580, 615. ISBN 978-9949-446-47-6.
- ^ Järv, Risto; Kaasik, Mairi; Toomeos-Orglaan, Kärri. Monumenta Estoniae antiquae V. Eesti muinasjutud. I: 1. Imemuinasjutud. Tekstid redigeerinud: Paul Hagu, Kanni Labi. Tartu Ülikooli eesti ja võrdleva rahvaluule osakond, Eesti Kirjandusmuuseumi Eesti Rahvaluule Arhiiv, 2009. p. 615. ISBN 978-9949-446-47-6.
- ^ «Гуси-лебеди, 1949».
The Magic Swan Geese or Гуси-лебеди is a Russian fairy tale collected by Alexander Afanasyev in Narodnye russkie skazki,[1] numbered 113.
It is classified in the Aarne-Thompson-Uther Index as tale type ATU 480A*.[2]
Synopsis[edit]
Once there was a couple who had both a daughter and a son. They left their daughter in charge of her younger brother, but one day she lost track of him and the magic swan geese snatched him away. The daughter chased after him and came upon an oven that offered to tell her if she ate its rye buns; she scorned them, saying she didn’t even eat wheat buns. She also scorned similar offers from an apple tree, and a river of milk. She came across a little hut built on a hen’s foot, in which she found Baba Yaga with her brother; Baba Yaga sent her to spin flax and left. A mouse scurried out and said it would tell her what she needed to know if she gave it porridge; she did, and it told her that Baba Yaga was heating the bath house to steam her, then she would cook her. The mouse took over her spinning, and the girl took her brother and fled.
Baba Yaga sent the swan geese after her. She begged the river for aid, and it insisted she drink some of it first; she did, and it sheltered her. When she ran on, the swan geese followed again, and the same happened with the apple tree and the oven. Then she reached home safely.
Translations[edit]
A more literal translation of the tale’s title is The Swan-Geese.[3]
Another translation of the tale, by Bernard Isaacs, was Little Girl and Swan-Geese.[4]
Analysis[edit]
Tale type[edit]
The tale is classified in the Aarne-Thompson-Uther Index as type ATU 480A*, «Three Sisters Set Out to Save Their Little Brother».[5]
German scholar Hans-Jörg Uther, in his 2004 revision of the ATU index, reported variants from Latvia, Lithuania, Russia, Belarus, Ukraine, and among the Mari/Cheremis and Wotian/Syrjanien peoples.[6] Jack Haney stated that type 480A* seemed to appear «very rarely» outside the area of the East Slavic languages.[7]
Variants[edit]
Russia[edit]
The oldest attestation of the tale type in Russia seems to be a late-18th century publication, with the tale «Сказка о Сизом Орле и мальчике» («The Fairy Tale about the Blue Eagle and the Boy»).[8][9]
Lithuania[edit]
Lithuanian folklorist Jonas Balys (lt), in his analysis of Lithuanian folktales (published in 1936), previously classified the Lithuanian variants as *314C (a type not indexed at the international classification, at the time), Trys seserys gelbsti raganos pavogtą broliuką.[10]
According to Stith Thompson’s reworked folktale classification (published in 1961), tale type AaTh 480A* registered 30 variants in Lithuania.[11]
Latvian[edit]
A similar story is found in Latvia, also classified as type AaTh 480A*, Bārenīte pie raganas («The Orphan in the Witch’s House»): the heroine’s little brother is taken by the witch to her lair. The heroine’s sisters try to get him back, and fail. The heroine herself is kind to objects on her way to the witch, rescues her little brother and the objects protect her when the witch goes after her.[12]
Estonia[edit]
The tale type ATU 480A* is also reported in Estonia, with the title Kured viivad venna ära («The Cranes Take the Brother Away»).[13] In the Estonian variants, the heroine’s little brother is taken away by cranes or geese.[14]
Adaptations[edit]
1949, «Soyuzmultfilm»: a 20-minute animated film «Гуси-лебеди» by the directors Ivan Ivanov-Vano and Aleksandra Snezhko-Blotskaya. It was repeatedly published on VHS and DVD in collections of the Soviet animated films.[15]
See also[edit]
- Labyrinth
- Prunella
- The Enchanted Canary
- The King of Love
- The Little Girl Sold with the Pears
- The Old Witch
- The Witch
- Hansel and Gretel
- Diamonds and Toads
- Frau Holle
References[edit]
- ^ Alexander Afanasyev, Narodnye russkie skazki «The Magic Swan Geese»
- ^ Russian Wondertales. II. Tales of Magic and the Supernatural (The Complete Russian Folktale). Edited and Translated with an Introduction by Jack V. Haney. M. E. Sharpe. 2001. p. xlii. ISBN 1-56324-490-X
- ^ «The Swan-Geese.» In: The Complete Folktales of A. N. Afanas’ev. Volume I. Edited by Haney Jack V. Jackson: University Press of Mississippi, 2014. pp. 200-01. doi:10.2307/j.ctt9qhm7n.74.
- ^ Vasilisa the Beautiful: Russian Fairytales. Edited by Irina Zheleznova. Moscow: Raduga Publishers. 1984. pp. 109-114.
- ^ Uther, Hans-Jörg. The types of International Folktales. A Classification and Bibliography, based on the System of Antti Aarne and Stith Thompson. Volume 1: Animal tales, tales of magic, religious tales, and realistic tales, with an introduction. Helsinki: Suomalainen Tiedeakatemia-Academia Scientiarum Fennica, 2004. p. 283. ISBN 9789514109560.
- ^ Uther, Hans-Jörg (2004). The Types of International Folktales: A Classification and Bibliography, Based on the System of Antti Aarne and Stith Thompson. Suomalainen Tiedeakatemia, Academia Scientiarum Fennica. pp. 283-284. ISBN 978-951-41-0963-8.
- ^ Haney, Jack V., ed. “COMMENTARIES.” In: The Complete Folktales of A. N. Afanas’ev. Volume I. University Press of Mississippi, 2014. p. 501. http://www.jstor.org/stable/j.ctt9qhm7n.115.
- ^ «Сказка о Сизом Орле и мальчике» at Wikisource (In Russian).
- ^ «Старая погудка на новый лад: Русская сказка в изданиях конца XVIII века». Б-ка Рос. акад. наук. Saint Petersburg: Тропа Троянова, 2003. pp. 146-152. Полное собрание русских сказок; Т. 8. Ранние собрания.
- ^ Balys, Jonas. Lietuvių pasakojamosios tautosakos motyvų katalogas [Motif-index of Lithuanian narrative folk-lore]. Tautosakos darbai [Folklore studies] Vol. II. Kaunas: Lietuvių tautosakos archyvo leidinys, 1936. pp. 25-26.
- ^ Aarne, Antti; Thompson, Stith. The types of the folktale: a classification and bibliography. Folklore Fellows Communications FFC no. 184. Third printing. Helsinki: Academia Scientiarum Fennica, 1973 [1961]. p. 167.
- ^ Arājs, Kārlis; Medne, A. Latviešu pasaku tipu rādītājs. Zinātne, 1977. p. 78.
- ^ Järv, Risto; Kaasik, Mairi; Toomeos-Orglaan, Kärri. Monumenta Estoniae antiquae V. Eesti muinasjutud. I: 1. Imemuinasjutud. Tekstid redigeerinud: Paul Hagu, Kanni Labi. Tartu Ülikooli eesti ja võrdleva rahvaluule osakond, Eesti Kirjandusmuuseumi Eesti Rahvaluule Arhiiv, 2009. pp. 579-580, 615. ISBN 978-9949-446-47-6.
- ^ Järv, Risto; Kaasik, Mairi; Toomeos-Orglaan, Kärri. Monumenta Estoniae antiquae V. Eesti muinasjutud. I: 1. Imemuinasjutud. Tekstid redigeerinud: Paul Hagu, Kanni Labi. Tartu Ülikooli eesti ja võrdleva rahvaluule osakond, Eesti Kirjandusmuuseumi Eesti Rahvaluule Arhiiv, 2009. p. 615. ISBN 978-9949-446-47-6.
- ^ «Гуси-лебеди, 1949».
На чтение 8 мин. Опубликовано 02.04.2020
В русском фольклоре существует большое количество сказок, которые учат детей слушаться родителей, быть внимательными и добрыми к другим. Многие из этих сочинений были придуманы народом, но в дальнейшем записаны авторами, пройдя небольшую художественную обработку. Чтобы лучше понять русский фольклор, стоит не только прочитать, но и записать «Гуси-лебеди» в читательский дневник.
Содержание
- История создания
- Характеристика героев
- Композиция произведения
- Краткое содержание
- Художественные особенности
- Пересказ для читательского дневника
- Образец сочинения
- Анализ сказки
- Отзывы читателей
История создания
В настоящее время существует несколько вариантов сказки. Самыми распространёнными являются в обработке Александра Афанасьева, Любови Воронковой и Алексея Толстого. Но в последнее время в школьный учебник для литературного чтения помещают сказку Воробьёва.
В аннотации к рассказу говорится, что в одной семье росли дочь и сын. Когда же родители уехали по делам, то оставили старшую дочь присмотреть за братом. Девочка, заигравшись, забывает о нём, а его уносят гуси-лебеди, поэтому вскоре героиня отправляется на поиски брата, где ей предстоит пройти ряд испытаний, чтобы спасти его и вернуться домой.
Характеристика героев
В популярной сказке героев не так уж и много. Есть в этом произведении как основные персонажи, так и эпизодические действующие лица, которые помогают понять основную мысль всего русского народного произведения. К главным героям сказки «Гуси-лебеди» можно отнести следующих персонажей:
- девочка;
- её младший брат;
- гуси-лебеди.
Главная героиня весёлая и озорная, но только в начале сюжета она оказывается безответственной, так как забыла наставление родителей и не следила за младшим братом. А вот гуси—лебеди оказываются коварными птицами, которые похищали маленьких детей, а затем уносили их к Бабе Яге. Но есть в волшебном тексте и другие герои:
- родители детей;
- Печка;
- Яблоня;
- Ёжик;
- Речка.
Эпизодические персонажи в тексте сказки положительные. Эти природные помощники девочки делают всё необходимое, чтобы её не нашла баба-яга и героиня со своим братом могла вернуться домой.
Композиция произведения
При изучении известной сказки на уроках в школе учитель должен объяснять ребятам не только о том, чему учит она, каков её жанр, но и обязательно нужно остановиться на композиции произведения. А она в известной сказке зеркальная. Это означает, что девочка совершает один и тот же путь туда и обратно и встречает на своём пути одних и тех же персонажей, поэтому текст повторяется.
А вот время и пространство в сказке выделяются особенно, так как автор конкретно не указывает определённого места и времени. Зато мир делится на 2 части: живые люди и тёмный лес, где обитают злые силы, подобные Бабе Яге. Все приключения происходят с девочкой в лесу, помогая приобретать новые умения и навыки.
Если же говорить о времени, события происходят в течение одного дня. Это и неожиданный отъезд родителей, и похищение мальчика, и путешествие по тёмному лесу, и возвращение сначала девочки, а затем её родителей домой. Сам же сюжет построен классически:
- зачин («Жили-были»);
- экспозиция (поручение следить за братом);
- завязка (похищение мальчика);
- кульминация (найден мальчик в избушке Яги);
- развязка (побег и возвращение домой).
При изучении краткого содержания сказки следует отметить, что в сюжете много действия, а также часто используется число 3, которое для русских сказок является традиционным. Так, девочка встречает на своём пути 3 волшебных предмета, которые после испытаний помогают ей добраться домой.
Краткое содержание
«Гуси-лебеди» Воробьева начинаются с того, что жили-были старик и старуха, у которых было двое детей. Старшая девочка была умной и смышлёной, а сынок был совсем ещё маленьким. Утром собрались родители уходить, а дочери наказали никуда со двора не бегать, брата одного не оставлять и внимательно за ним следить.
Когда родители уехали, девочка посадила на травку братца, а сама стала играть с подружками. Да так она заигралась, что совсем позабыла и о мальчике, и об обещании. А в это время из тёмного леса прилетели гуси и забрали малыша. Когда же героиня вернулась, во дворе никого не обнаружила. Она подняла голову и увидела на небе, как гуси исчезали за тёмным лесом. Поняла тогда девочка, что это они похитили её младшего брата.
Бросилась героиня в погоню. На её пути сначала встретилась Печка, которая предлагала съесть её аппетитный пирожок, но девочка отказалась. Затем она повстречала Яблоню, которая предлагала полакомиться лесными яблочками, но и тут отказалась героиня. После этого показалась Речка с кисельными берегами, и опять был отказ.
Зато встреча с ёжиком оказалась очень полезной, так как он помог девочке добраться до избушки бабы-яги. Увидев своего братца, девочка его схватила и бросилась бежать домой через тёмный лес. Но их заметили коварные птицы и тут же кинулись в погоню. Когда они добежали до речки, то попросили ее их спрятать, а для этого девочка съела немного киселя. Речка спрятала детей. Тоже повторилось и с яблоней, когда она скушала яблоко, а затем печка укрыла их, когда та съела пирожок.
Когда же дети благополучно вернулись домой, вскоре они встретили и родителей. О том, что с ними произошло, сестра с братом рассказывать не стали.
Художественные особенности
Краткое содержание сказки «Гуси-лебеди» помогает выявить и художественные особенности. Так, в лексике присутствует много архаизмов. Например, «воротились», «кликала», «причитывала» и другие. А из-за того, что глаголов в тексте больше, чем прилагательных, создаётся и насыщенность по действию, по развитию сюжета: «бежала-бежала», «полетели-полетели».
Есть в сказочном тексте и слова, где образование дефисное: «яблоня-матушка», и другие. Встречается много эпитетов: «тёмный лес», «чистое поле». Есть также анафоры: «Ёжик! Ёжик!», а также большое количество вопросительных и восклицательных предложений.
Пересказ для читательского дневника
В классе ученики стараются не только прочитать произведение, но и отвечают на вопросы и дают характеристика главным героям. Следует также объяснить заголовок сказки, желательно заполнить читательский дневник. В него можно поместить либо краткий пересказ сюжета, либо же составить план всего произведения:
- Родительский наказ.
- Героиня заигралась.
- Похищение малыша.
- Поиски брата.
- Избушка бабы-яги.
- Девочка находит братца.
- Дорога домой и встреча с Речкой, Яблоней и Печкой.
- Возвращение домой.
Стоит с ребятами на уроке внимательно читать сказку и делать её анализ. Ведь она учить любить своих близких людей, заботиться о них. При анализе ребята должны не только описать испытания, которые встретились на пути девочки, но и кратко сделать вывод, что нужно быть ответственным, решительным и смелым человеком, тогда эти качества помогут добиться любых целей.
В дневнике для чтения можно описать, как выглядят картинные герои, которых всегда много в учебниках к сказке. Иллюстрации написаны многими художниками. Также можно поместить и описание понравившегося эпизода. Например, когда девочка убегает от бабы-яги и прячется от птиц.
Образец сочинения
Известна всем детям и взрослым сказка про девочку, которая не следила за своим братцем и его унесли птицы в избушку к Бабе Яге. Она увлекательная, так как в ней много интересных моментов, заставляющих переживать, чтобы дети благополучно вернулись домой.
Девочка оказывается очень решительной, так как не боится отправиться в лес за поиски брата, зайти в дом бабы-яги и затем убегать от погони. Она соглашается на любые условия тех, кто действительно им может помочь и, не обижая Яблоню, Печку и Речку, спасается сама и выручает своего брата.
Стоит понимать, что от того, какой путь выберет человек, какими будут его поступки, зависит, как потом будут относиться другие. Оказывая помощь всем, можно стать настоящим другом и найти друзей для себя.
Анализ сказки
Это волшебное произведение учит помогать всем. Но стоит всегда помнить о близких людях и никогда не бросать их в беде. А вот родителей обязательно следует слушаться. У русского народа существует огромное количество пословиц, которые отражают главную мысль этой сказки:
- Глаза боятся, а руки делают.
- Есть нужда, будешь есть и калачи.
- Смотрят не начало дела, а на его конец.
В сказке хорошо, что девочка всё-таки поняла, что поступила неправильно, когда бросила сначала брата одного, нарушив просьбу родителей, а затем, когда отказывала в просьбе Речке, Печке и Яблоне. Но она осознала свои ошибки и на обратной дороге, исправив их, смогла спастись сама и спасти своего брата, поэтому это волшебное произведение оканчивается благополучно.
Отзывы читателей
Невероятная сказка! Девочка очень понравилась, так как смелая, отправилась в тёмный лес за братом.
Ваня, 8 лет
А мне понравились Печка и Речка, которые так просили девочку съесть пирожка и выпить киселя.
Алёна, 7 лет
Я поняла, прочитав сказку, что нужно всегда всем помогать. Теперь никогда не брошу друга в беде.
Алиса, 11 лет
Магия сказки
Все мы любим слушать истории, а уж сказочные и подавно! Толкованием сказок занимались и занимаются многие психологи аналитического направления: Х. Дикман, Мария-Луиза фон Франц, С. Биркохойзер-Оэри, К. Пинкола Эстес. Их продолжают изучать мифологи, лингвисты, историки и другие ученые. А рассказывать сказки начали с самого зарождения человеческого общества!
Задавались вопросом, почему сказки с течением времени не только не ушли в небытие, но продолжают жить и остаются популярными?
Веками человечество мучают одни и те же экзистенциальные вопросы: кто я? Зачем я здесь? Что главное в моей жизни? Чего я не должен упустить, чтобы моя жизнь наполнилась смыслом? Что первично дух или материя? Как объяснить сложные категории пространство и время, почему солнце восходит и заходит, что такое жизнь и смерть? Как объяснить смену времен года? Как понять такие категории как добро и зло? Как устроена жизнь?
Жить в необъясненном непонятном мире страшно, поэтому древние люди пытались искать ответы. Изначально у человечества не было столько инструментов и столько информации, как сейчас, а устройство мира было таким же. И наши предки старались разъяснить жизнь через наблюдение за природой, людьми, через интуицию, в том числе — через домысливание и откровенное фантазирование. Так из многих разрозненных частей создается общая картина мира. И появляется миф. После по крупицам добытую информацию передавали потомкам из уст в уста как великую ценность, слагая сказки.
Здесь надо понимать, что народные сказки не сочиняли специально. Они появлялись с течением жизни, многократно отшлифовывались через пересказы, поэтому изобилуют символами, понятными для нашего бессознательного, но, к сожалению, не для нашего узкого сознания. Поэтому сказки не так то просто понять!
Когда мы со своим мышлением пытаемся натянуть древние сказки на современные знания, как старый чулок на ногу, он тут же рассыпается в прах. Теряется все их очарование и притягательность, а тайна ускользает. У сказок нет того практического смысла, который мы хотим извлечь, объясняя со своей рациональной точки зрения: тот герой хороший, а тот плохой, и мораль в сказке такая-то.
Сказка не поддается житейской обычной логике, она не линейна, и что очень важно, для нее не характерна назидательность. В сказочных историях зашифровано сакральное знание о жизни, о мире, о людях, о смерти, о душе. И аналогично тому, как эволюционирует мир, какие этапы он при этом проходит, такие этапы развития соответствуют созреванию души человека. Поэтому сказочные метафоры нам так близки, а сказки, все без исключения, затрагивают нас на невероятной глубине!
Через понимание событий сказки, мы сможем понять себя. Жизненно необходимо знать миф или сказку, определяющие нашу внутреннюю жизнь, чтобы оказывать влияние на течение текущих событий и, по возможности, не совершать роковых поступков. Вот почему сказка жила, продолжает и будет жить среди нас.
Если мы будем относиться к ней как к серьезному инструменту, то ее мудрость прольется на нас золотым дождем, и через понимание сакрального смысла сказки мы сможем постичь свою душу и свои нынешние духовные потребности. В самом конце я дам вам отличное практическое упражнение, связанное с вашей любимой сказкой, и вы сможете сами убедиться в вышесказанном. А теперь приглашаю вас в путешествие по известной с детства русской народной сказке «Гуси-лебеди».
«Гуси-лебеди»
Была ли она в числе ваших любимых в детстве? Смотрели вы одноименный мультик? Перечитывали ли вы эту сказку? О чем вы думали, когда читали своим детям и когда ее вам читали родители? Что представляли себе? А теперь каверзный вопрос: как вам кажется, о чем она? Вроде бы все ясно: сестра ослушалась родителей, а после спасает своего брата от съедения Бабой-Ягой, хеппи-энд и все счастливы.
Но я бы не стала так торопиться с выводами! Мало того, что там есть какие-то гуси-лебеди непонятные, злая Баба-Яга в избушке на курьих ножках, что придает особенный колорит этой истории, да еще и говорящие Печка, Яблоня и Молочная река с кисельными берегами. Все это наводит меня на мысль, что есть здесь в чем поразбираться, что я и предлагаю вам сделать прямо сейчас. Напомню, что существует несколько версий этой сказки: народная, в обработке Александра Афанасьева и в обработке Алексея Толстого. Они немного разнятся в том, кто оказался помощником девочки, но в целом сюжет одинаковый.
Сейчас, благодаря популяризации трансактного анализа, все знакомы с понятиями Внутренний ребенок, Родитель и Взрослый. Понятие субличностей, на которые опирался Ассоджиоли в своем «Психосинтезе» тоже на слуху. Мы же при анализе этой сказки будем опираться на понятия аналитической психологии, мифологии, символдрамы и психоанализа. И вы увидите, как раскроется глубинный театр, и сказка из плоской вмиг станет яркой, выпуклой, имеющей иное значение, и вы узнаете совсем другие «Гуси-лебеди».
Анализировать сказку будем на субъектном уровне, то есть так, как будто все персонажи этой сказки существуют внутри одной личности. И поскольку главная героиня — девочка, то рассматривать сказку мы будем с точки зрения феминной (женской) психологии.
Налетели гуси-лебеди
«Жили мужик да баба. У них была дочка да сынок маленький». Началось все с того, что в обычной крестьянской семье: мать, отец уезжают на ярмарку, а старшую дочь просят следить за братом, и в награду ей посулили привезти гостинец — платочек. Сестрица, несмотря на наказ родителей, убежала гулять и прозевала брата. Боясь родительского гнева, бежит неведомо куда его выручать.
Гуси-лебеди — птицы не простые, а со смыслом. В сказках часто именно они служат Бабе-Яге, крадут детей по ее велению. Иногда она их морит голодом, пока они не принесут ей хорошую добычу, лакомый кусочек. Если мы будем рассматривать по отдельности символику гуся и лебедя, то увидим много схожего, а в кельтской традиции так вообще они взаимозаменяемы.
И гусь, и лебедь — это солярные символы: древние люди с их прилетами и отлетами связывали приход весны или наоборот зимы. Известно, что Аполлон, бог Солнца в античной мифологии, летал на лебедях. Гуси — спасли Рим. И гусь, и лебедь, птица-проводник в мир умерших.
Водоплавающие птицы издавна пользовались особым почтением у славян, поэтому они наряду с соколом, ласточкой и голубем часто используются в древней свадебной символике. О них слагали ритуальные песни, что «летят де гуси-лебеди через сад-виноград и роняют обручальные кольца», предсвадебные причитания о сговоре сватов жениха и невесты и, собственно, свадебные песни. Серый гусь обычно сравнивался с женихом, тогда как невеста, конечно, с белой лебедью.
«Самый яркий пример у русских — знаменитая песня с параллелизмом о двух летящих птичьих „стадах“ со словами „Отставала лебедь белая от стада лебединого … / Приставала ко серым гусям“, исполнявшаяся в конце довенчального этапа», писал Бернштам Т. А. в своей книге «Птичья символика в традиционной культуре восточных славян». Противопоставление присутствует потому, что невеста и жених по старинным обычаям не могут принадлежать к одному роду.
А. В. Гура писал так: «В Астраханской губернии на свадьбу приглашают словами: „Пожалуйте к нашему князю хлеба-соли покушать, белого лебедя порушать!“ Под лебедем здесь имеется в виду свадебный хлеб — каравай с искусным украшением в виде пары лебедей, гусей или голубей. Всех этих птиц считали символами крепкого союза.»
Мотивы гусей, лебедей присутствовали в древних вышивках и коврах. «На подолах женских рубах, концах свадебных полотенец и постельных пологов изображались обычно абстрактные символы водоплавающих и домашних птиц под собирательными названиями павы, петуны». (Маслова Г. С. «Орнамент русской народной вышивки как историко-этнографический источник».)
Но все же разница между ними есть, и она существенная. Гуся нашим предкам удалось приручить, одомашнить, потому он чаще символизирует домашние и женские сферы жизни, а лебедь так и остался диким, свободным, отражая дух независимости, некоего благородства, изящества. Гуся употребляли в пищу, а стрелять в лебедя считалось большим грехом. В этой мифологической стае дикая птица противопоставляется домашней, как род жениха противопоставляется роду невесты, и объединяется в одной совокупности. Данный союз противоположностей позволяет им жить в двух мирах — обыденной проявленной Яви, как гуси, и далеком мире небытия — Нави, как лебеди.
Брат и сестра в сказках символизируют союз мужской и женской противоположности, глубинную связь Анимы и Анимуса внутри личности. Гуси-лебеди забирают мальчика, разлучая тем самым сестру и брата, и уносят его в царство мертвых, к Бабе-Яге, о ней мы еще подробно здесь поговорим. Героиня этой сказки теряет связь со своей маскулинной, духовной частью. Ее дух словно уносится в мир Бабы-Яги. Душа и дух разъединены и девочке придется пройти суровые испытания, чтобы снова их соединить.
С точки зрения психологии, глубоко в бессознательное погрузилась духовная установка. В реальной жизни это мы можем увидеть, когда человек стремится только к материальным благам или ежедневно печется лишь о хлебе насущном, забывая о духовной составляющей жизни. Тогда все его разговоры сводятся к пустой болтовне, от которой не становится тепло на душе и невозможен близкий контакт.
Маскулинная часть нашей героиней потеряна, произошло расщепление на мужскую и женскую часть. Что это значит? Мы видим подобное пагубное разделение в так называемой современной ведической традиции, где каждому из супругов отведена определенная роль: женщина должна быть красивой и рожать детей, а мужчина реализовывать себя в социуме и зарабатывать деньги. Оно бы недурно, но если женщина отрицает свою мужскую часть, не реализует свой творческий потенциал, то это неизбежно закончится глубоким кризисом. И потому хорошо развитый Анимус у женщины — это и возможность быть успешной во внешнем мире, овладение мужской энергией, а не ее отрицание, умение ассимилировать ее в свою жизнь и умение осознать истинную природу бытия.
Теперь девочке предстоит хорошенько потрудиться, чтобы вернуть брата домой, что на психологическом языке означает в перспективе узнать и полюбить свой Анимус снова и стать от этого по-настоящему целостной.
Путь туда. Печь
«Бросилась девочка догонять их. Бежала, бежала, увидела — стоит печь». В сказках печь всегда находится вне дома, в чистом поле, например, или в лесу, как здесь. Стоит сама по себе растоплена и полна ритуальной пищи.
Печь всегда особо почиталась у славян, поэтому в избах наших предков стояла ровно посередине, играя роль и центра, и границы между тем миром и этим. Это сугубо материнский символ, на глобальном уровне она выступает как модель пещеры, потому что пещера — это самое раннее жилище людей, посредине которого разводили очаг. Наряду с этим, она является и символом мирового дерева.
Печь давала тепло, пищу, уют в доме, вдобавок в некоторых местностях ее использовали в качестве бани, и рядом с ней, над ней и внутри нее лечили недуги. Известен древний обряд перепекания, связанный с печью: недоношенных, больных детей заворачивали в ржаное тесто и на лопате клали в прогретую теплую печь, как бы «перепекали». Отсюда появляется еще трансформирующая функция русской печки. И народный фольклор это подтверждает поговорками: «Печка парит, печка жарит, печка душу бережет».
Также печь выступает как символ триединого мира — небесного, земного и загробного. Наши предки верили, что через печную трубу совершается связь с «тем светом», и если приложить к ней ладони, то можно пообщаться с давно умершими предками, попросить у пращуров защиту и силу. Низ печи связывался с миром мертвых, там хоронили послед, выкидыши, а середина же печи — ее топка, хайло, связывалась с миром живых. Поэтому печь считалась сакральным атрибутом в доме. Рядом с нею было запрещено богохульствовать, врать, браниться, на ней нельзя заниматься сексом, оттого на печи спали старики да дети малые. А в микрокосме печь — модель женщины, матери, носительницы жизни.
Это отражает и народный фольклор «Печь нам мать родная», «На печи все красное лето», и обращение к ней не иначе как «печка- матушка»! Заметьте, что поддержание огня и приготовление пищи традиционно считалось чисто женским занятием — «Бабья дорога — от печи до порога». Поэтому совершенно логично, что она мыслится как одно из проявлений символов архетипа Матери-богини. Естественно, эта мысль зародилась во времена матриархата.
На языке юнгианской психологии это один из символов архетипа Великой Матери. Э.Нойман в книге «Архетип Великой Матери» дает подробную характеристику всем модусам архетипа. А я лишь напомню, что этот архетип состоит из четырех частей: две из которых молодые и две старые, умудренные опытом; две добрые и две темные, пожирающие.
К доброй пожилой матери относится Деметра — богиня плодородия в античной мифологии, Изида в египетской, Мария-матерь божия, всякая добрая пожилая старушка в сказках.
Злая старая Мать — это Ведьма, Баба-Яга, Геката, Медуза Горгона, злая мачеха, злая фея в сказке «Спящая красавица», богиня Кали, пожирающая младенцев.
Добрая юная Мать — дева Мария, Ева, как мать всех людей, крестная фея в «Золушке», богиня Лада в славянской мифологии, Афродита — богиня красоты.
Молодая темная дева — развратная, холодная, неспособная на настоящие чувства, соблазняющая и забирающая душу: Лилит, Шамаханская царица, Снежная Королева, Хозяйка медной горы.
В чем разница между этими полюсами? В том, что на позитивном полюсе — добро, плодородие, богатство, творчество, здоровье, на противоположном — болезнь, смерть, зло, бедность, депрессия, пустота. Но в том и вcе дело, что не бывает одного полюса без другого! И негативный полюс служит преображению героя, он устремляет к борьбе, заставляет его идти вперед, к осознанию себя.
В сказке «Гуси-лебеди» архетип Великой Матери представлен в разных ипостасях: это и печь, и яблонька, и молочная речка, и даже Баба-Яга, как отражение его разных сторон. В нашей истории печь, яблоня и речка поворачиваются разными сторонами к девочке, как дающим боком, так и недающим.
Они играют роль заботливого, укрывающего и защищающего начала: на обратном пути они в прямом смысле укрывали собой детей от погони, и вместе с тем весьма требовательного: «Съешь моего ржаного пирожка, тогда и спрячу», проявляя свои амбивалентные качества, как трава мать-и-мачеха или «достаточно хорошая мать». А вот Баба-Яга, это однозначно негативный аспект Великой Матери, о ней мы тоже поговорим отдельно.
А теперь вернемся к печи. И этот вопрос, которым мучает всех: «Что за спесь, почему девочка не ест ржаных пирожков, которые ей преподнесла печь?» Это происходит по нескольким важным причинам.
Печь, в которой пекут хлеб и готовят пищу, мыслится, как алтарь, место евхаристии. Любая еда раньше считалась причастием к тотему, духу пищи. Поел еды — набрался сил через общение с духами. Это несомненно преображающая сила. И пирожки, которые испеклись в этой печи, можно отнести к трансформации, которая происходит, когда с подобной энергией взаимодействуешь.
Наша героиня сейчас на этапе взросления, ее задача отделиться от материнского бессознательного, ибо «печка нежит, а дорожка учит». Она еще в том состоянии, когда продолжительная связь с матерью для нее только губительна. И ее слова «А у моего батюшки и белые не едятся» можно пояснить так: жизнь в родной семье олицетворяет сознательную рафинированную часть ее жизни, а мир символов — бессознательное, неопознанное, а потому огромное и пугающее. И плоды бессознательного — пирожки — сейчас для нее слишком неподъемны и грубы, она не сможет их переварить (понять истинную ценность). Но все изменится на обратном пути.
Лесная яблоня
Далее на пути девочке встретилась лесная яблоня, полная плодов. Это дикое дерево с грубыми маленькими кисло-горькими плодами, и, тем не менее, именно оно стало прародительницей для сортовых яблонь. Яблоня здесь выступает символом самой Природы-матери.
Растения, как и животные, со времен язычества нередко выступают прообразами богов для человека. Их наделяли живой душой, в их честь устраивали целые ритуалы-празднества, им поклонялись, их боготворили и приписывали особую силу. Взять хотя бы яблоки: они молодильные, с помощью которых можно исцелить все болезни и вернуть себе молодость, и покатать по блюдцу, чтобы увидеть предстоящие события. Этот момент отражен в русской народной «Сказке о серебряном блюдечке и наливном яблочке»: «Катится яблочко по блюдечку, наливное по серебряному, а на блюдечке все города один за другим видны, корабли на морях и полки на полях, и гор высота, и небес красота».
В «Крошечке-Хаврошечке» корова просит закопать свои кости в земле после смерти, и на том месте вырастает пышная яблоня. В сказке «Иван-царевич и Серый волк» у батюшки Ивана есть сад с золотыми яблоками, за которыми охотится Жар-птица.
Для алхимиков яблоко было чем-то особенно волшебным, поэтому символизировало процесс познания и фантастический пятый элемент.
В христианской традиции — это древний символ греха, искушения и познания добра и зла, словно плод с древа из Райского сада. Ева соблазнила Адама съесть его и они увидели другой мир, узнали другую истину, за что были сурово наказаны Богом изгнанием из рая.
В сказке «Гуси-лебеди» яблоня предлагает девочке плод в обмен на то, что она скажет ей, куда гуси-лебеди понесли мальчика. Она не просит, а дает, но девочка не хочет брать! А все потому, что ей не хочется знать кислую дикую правду мира.
Ей лучше, если она ест садовые яблочки из сада своего батюшки, видит полуправду, когда она находится под покровительством и защитой своих родных. Но когда ты вышел во внешний мир, то твоя задача найти в нем свою опору. Девочка сейчас нецелостная, ее всего половина, поэтому она не в силах вынести настоящую правду, принять мир таков как он есть, и в этом смысл ее отказа.
Но есть здесь и другое. В славянской традиции яблоки принято было давать при сватовстве: их отсылали родственникам жениха — если невеста была согласна, то яблоки были спелые и красивые, а если нет, то зеленые и недобрые.
Считается, что яблоня — дерево женской силы. Оно дарит нам, женщинам, сексуальность и чувственность, пробуждает материнский инстинкт. И неслучайно, ведь оно является символом Афродиты — богини сексуального наслаждения, удовольствия и любви. Плод яблони придает плодовитость невесте, а потому ветка яблони используется при изготовлении свадебного дерева, которое в народе называют «гильце».
Девочка хотя и добрачного возраста, но понимает, что рано ей до прохождения инициации думать о сексуальных утехах, рождении детей, идентифицироваться со зрелой женщиной, поэтому только на обратном пути она съедает предложенный плод.
На обратном пути девочка по некоторым версиям сказки к тому же снимает весь урожай с дерева, помогая яблоне освободиться от тяжести, и здесь я вижу параллель с Иисусом. Так как яблоко, наряду с другими значениями, символ Христа, искупившего своей жизнью все грехи человечества. В августе отмечается Яблочный спас, другое название этого праздника — Преображение Господне, во время которого принято в первый раз за сезон вкушать яблоки.
Для героини это может символизировать акт спасения, собственного исцеления, преображения.
Молочная река с кисельными берегами
Следующая, у кого просила девочка помощи, была молочная река с кисельными берегами. С точки зрения мифологии, эта картина совсем не странная, ибо молочная река с кисельными берегами считалась символом рая в царстве мертвых, где не нужно думать о пропитании, где все есть в изобилии. Она существовала в разных сказках, к примеру в «Сказке о царе Горохе»: «В то давнее время, когда мир божий наполнен был лешими, ведьмами да русалками, когда реки текли молочные, берега были кисельные, а по полям летали жареные куропатки, в то время жил-был царь по имени Горох».
Пропп В. в книге «Исторические корни волшебной сказки» пишет о ней так: «Сюжет о молочных реках с кисельными берегами, как воплощение мотива изобилия, является древним, имеет аналоги в разных культурах и отображает представления об идеальной счастливой стране. Так, по наблюдению английского антрополога Дж. Фрэзера, в полинезийской культуре встречается подобный мотив, но с реками из масла кокосового ореха».
Здесь же имеется в виду овсяный кисель с молоком, который употребляли в пищу наши предки. А также молочная река напоминает Млечный путь на небе, что древние считали проявлением Небесной Матери. Поэтому, с одной стороны, это несомненно, аспект дающей заботливой щедрой матери, символ жизни, ведь материнское молоко — первая пища, которую ест младенец.
Но есть прямо противоположная сторона: тот же кисель часто служил ритуальной едой, им заканчивали трапезу на поминках. Поэтому встреча с молочной рекой для девочки как встреча с амбивалентностью матери, как дающей, так и забирающей жизнь.
В подтверждение этой идеи следующий факт: для наших предков река — не просто водный поток. По реке Смородине славяне отправляли мертвых в последний путь на плоту или на лодке, оттого она мыслилась как граница между миром живых и миром мертвых. В Древней Греции это были реки Стикс и Лета, Нил у египтян, у ворот скандинавского царства мертвых Хель течет река Гьёлль. Исток реки часто связывали с верхним миром, а устье — с нижним.
И сами поиски братца сестрицей в этом смысле удивительным образом схожи с мифологическими сюжетами спуска в нижний мир. Так Орфей спускается за своей возлюбленной Эвридикой в царство Аида, для чего Харон перевозит его через реку Стикс.
Как видим, молочная река с кисельными берегами весьма неоднозначный символ: с одной стороны олицетворяет собой материнскую доброту, заботу, а с другой — забвение и смерть. На психологическом языке это означает знакомство с теневыми аспектами Матери. Ведь на самом деле Мать как дает жизнь, так ее и забирает, и в этом смысле понятно, когда мы говорим о земле, воде или природе в целом.
На пути туда, до посвящения, девочка не готова смотреть на Тень Матери, ведь в некотором смысле это и ее тень тоже. Только зрелый целостный человек может смотреть на нее открыто, воспринимать объект целостно, а не фрагментарно.Сивилл Биркхойзер-Оэри отмечает: «Не распознав черт темной Матери в самой себе, она (женщина) подвергается риску идентификации только с ее светлой стороной. Однако, она все равно проживает эту темную, теневую сторону, но делает это бессознательно; иначе говоря, и она сама, и окружающие ее люди подвергаются серьезной опасности».
Для того чтобы так воспринимать себя, нужно иметь большое мужество, укрепить свое Эго, знать границы Я и не-Я, а для этого ей нужно соединиться с о своим структурирующим мужским началом.
3 +1
Заметьте, что на пути девочки встретились три материнских символа, не пять, не два, а именно три.
Это число издавна считается важным, поэтому в сказках мы встречаем тридевятое царство, тридесятое государство, три желания, три брата, три испытания, как и в нашей истории. Вспомните еще трех богатырей, тройку лошадей, всем знакомое пушкинское «Три девицы под окном пряли поздно вечерком».
Это число отражается во времени как прошлое настоящее и будущее, в пространстве — как длина, ширина, высота. Известно, что и «Бог любит троицу». Кстати, в христианстве тройка также священное число. В писании сказано о трех дарах волхвов Христу, трех образах Преображения,трех крестах на Голгофе, трех днях смерти Христа, трех богословских добродетелях: вере, надежде, любви.
Богинь судьбы в разных мифологиях тоже по три. В античной мифологии выделяют три ипостаси Великой Матери: Персефона, Деметра и Геката, которые соответствуют рождению, жизни и смерти, и изображаются как девочка, невеста и старуха.
Соединяя все три части архетипа воедино, мы видим, что печь связана с небом через свою трубу, яблоня с землей, через свои корни, а молочная река с кисельными берегами — это река, текущая в мир мертвых. Это как вся жизнь. И с каждой из них нашей героине нужно было научиться взаимодействовать по-своему. И когда она девочка, и когда женщина, и когда старуха. На символическом языке произошло знакомство с целым миром, Вселенной. При этом взаимодействии героиня получает сакральное знание, которое включит в свою жизнь.
Произошла встреча с нуминозным, а это может случиться только при соприкосновении с архетипом, и если сознание не подготовлено, то это чрезмерно суровое испытание. Чем мы более нарушены, травмированы изнутри, если наше Эго слабое, инфантильное, требует постоянной поддержки извне, тем более подвержены риску не справиться со своими чувствами во время такой встречи. Попросту говоря, нам нужно сначала научиться зарабатывать деньги для себя, устроить свою жизнь, а после думать о голодающих в Африке.
Девочка всякий раз по пути «туда» отвечала отказом на все предложения помощи, что на психологический язык можно перевести так: таким поведением она укрепляла свое Эго, все больше отделяясь от материнского бессознательного. Происходит некий закономерный акт инфляции, необходимый для развития личности. И, несомненно, при этом она берет на себя большую ответственность.
Помните, что настоящий клад находит только тот, кто его ищет и трудится? В Таро число три соответствует аркану «Императрица», что символизирует живое творческое женское начало, обновление, радость жизни. Поэтому, пройдя этот важный экзамен на зрелость, девочка открывает в себе неиссякаемый источник из которого все время рождается новое.
Но среди персонажей сказки есть еще Баба-Яга. Кто она на самом деле?
Встреча с Бабой-Ягой
Что видит девочка, когда приходит к избушке Бабы-Яги? Старая страшная бабка прядет кудель, а на лавочке сидит братец, играет серебряными яблочками.
Баба-Яга имеет несколько имен — Ягибиха, Ягишна, Баба-Йога. Избушка ее стоит всегда в дремучем лесу, куда нужно продираться сквозь плотные заросли деревьев и колючих кустов. Такой лес всегда вызывал неподдельный ужас у наших предков, так как мыслился ими как граница между мирами. Они представляли себе, что Баба-Яга — богиня, которая сопровождает умерших с этого света на тот и потому наделяли ее безграничными возможностями.
Она дает мальчику играть с серебряными яблоками, что отражает народные представления о том свете, где растут золотые яблоки на серебряных деревьях. Существует также старое название яблони «серебряный сук», что происходит от поверья, что яблоки растут на серебристых ветвях и обладают свойствами бессмертия.
Отметим, что избушка стоит на курьих ножках. Игра слов нас привела к куриным лапам, тогда как по мнению этнографа Д. Зеленина: «Древние славяне погребальные сооружения ставили на столбах, которые окуряли дымом можжевеловых веток, отсюда и „курьи“».
Надо заметить, что Баба-Яга во многих сказках прядет пряжу или кудель, что наводит меня на мысль о трех пряхах из сказок братьев Гримм или богинях судьбы Мойрах из античной мифологии, они же — Парки у римлян или Норны у древних скандинавов. Они пряли и перерезали нить жизнь, определяя судьбу. У славян считалось, что роженицы или суджаницы определяли судьбу новорожденного. И Баба-Яга в сказке «Гуси-лебеди» пряла кудель, что отражает ее прогностическую функцию и неотвратимость. Заметили, что во многих русских сказках именно Баба-Яга дает герою заветный клубочек, который выведет его на верный путь?
Здесь, когда девочка заходит в избу (повествование в обработке А. Н. Толстого), старуха поручает ей прясть, а сама уходит топить баню. Случайно ли это? Детям еще рано покидать этот свет — обрывать нить судьбы, поэтому нужно, чтобы прядение не останавливалось, а также старуха дает им выбор: уйти или остаться.
За прядение временно взялась мышка. Она, как известно, считается одним из хтонических животных, ведь ее нора находится в земле. Хитрая мышь знает много секретов нижнего мира. Девочка сначала кормит мышку, а после слушается ее совета. И это не единственная сказка, где так происходит. В одной из самых древних «Мачеха и падчерица», когда девушка приходит к медведю, именно мышка помогает ей обмануть медведя — смерть, обыгрывая его в жмурки.
Девочке непременно нужно было повидаться с Бабой-Ягой, но зачем? Сложив все части вместе можно сделать вывод, что встреча с этой старухой символически отражает встречу с собственной смертью. Целостный человек всегда включает аспект смерти в свою жизнь. Это переосмысление, приобретение новых ценностей, и девочка понимает, что она не вернется после такого испытания прежней.
И, да — про количество персонажей, которые встречаются на пути девочке: три плюс один будет четыре, а это число земли, число завершенности и стабильности. Баба-Яга — это четвертая часть архетипа Великой Матери в этой сказке. Как говорит Юнг, «четвертый надевает на троичное мышление оковы реальности».
Четвертый элемент соединяет противоположности и создает новое единство. Их стало четыре, чтобы девочка смогла осознать свою реальность такой, как она есть, избавиться от детских иллюзий, расширить сознание за счет присоединения частей из бессознательного. И это уже не та маленькая девочка, что шла в гущу леса в поисках брата.
Обратный путь
Сестра схватила брата и потащила вон из избушки. Но на этом история не закончилась, потому что Баба-Яга приказала гусям-лебедям мчаться за беглецами.
То есть, мало себе вернуть свою часть, важно ее присвоить и сберечь, от того на обратном пути героиню ожидали не меньшие опасности. Вы заметили, что на пути за братом, девочка несговорчива, не проявляет должную скромность и почтение перед великими символами (печь, яблоня и речка)? Она рассчитывает только на себя в поисках пропавшего брата. Так и в реальной жизни: когда мы все рационализируем, не придавая подобающего значение интуитивному знанию из бессознательного, то оно нас наказывает, накрывая Тенью с головой.
Юнг говорил: «Многие люди ошибочно переоценивают роль воли и полагают, что ничто не может произойти в их собственном разуме без их решения и намерения». А слышали же поговорку «Хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах» или «Человек полагает, а Бог располагает»? Они как раз об этом! А у глубоко верующих напротив, есть такое выражение «как Господь управит». Истина же где-то посредине.
Изначально наше бессознательное имеет огромную мощь, и если мы ему не оказываем необходимого почтения и уважения, не приносим жертву (а жертвой здесь могут быть и гордыня, и многословие, и желание посплетничать, желание ускорять события или собственная лень), не обращаем внимания на подсказки из снов, на синхронию мира, то нам и ответ держать.
Но вернемся к сказке! Возвращаясь, девочка снова встретилась с теми же символами, но в обратном порядке, и эта очередность здесь важна. По дороге туда сначала была печь, как символ рождения, затем яблоня, как символ жизни, и река, как символ смерти. Словно вся жизнь прошла до смерти в ускоренном варианте. На обратном пути она сперва отведала киселя у молочной реки, затем лесного яблочка, а закусила ржаным пирожком.
Эти действия отражают символическую смерть у реки, потом жизнь у яблони, а после, влезая внутрь печи, как бы «перепекаясь» — трансформируясь, снова рождается для жизни в проявленном мире, мире сознания. И именно после перерождения в печи гуси-лебеди прекратили погоню и оставили девочку в покое.
Кстати, вам не кажется, что девочка ведет себя крайне странно? Угощения все те же, а на пути за братом она от них отказывается, а по пути домой ест все, что предложили ей архетипические герои. А нашим предкам бы так не показалось, ибо они знают истину, сестрица на пути «туда» ведет себя как непосвященная, не получившая инициацию, потому и не получает помощи от сверхъестественных сил.
Инициация
«Сказка, — утверждает известный фольклорист Владимир Пропп, — это иносказательное описание обряда инициации. Обряда, характерного для первобытных обществ всех народов, отсюда схожесть сказочных сюжетов по всему миру». И «Гуси-лебеди» не исключение.
Инициация — ритуал перехода чаще молодежи брачного возраста из мира детства в мир взрослых. В ту пору юношам и девушкам приходилось несладко, они вынуждены рано сепарироваться от родной семьи и учиться в прямом смысле этого слова выживать (сравните с нынешней инфантильной молодежью, живущей за счет родителей лет до двадцати пяти, а то и дольше).
Инициация тесно связана с миром смерти, которая переживалась как собственная смерть и как ее постоянная угроза. Более того, проходившие инициацию неофиты считались мертвыми! Они сами добывали себе огонь, пропитание, обеспечивали себе безопасность, а это не просто остаться без телефона в большом городе, это испытание покруче! Ведь наши предки жили тесно с миром природы и диких животных в том числе.
Инициация была призвана научить молодое поколение переживать настоящие трудности, тогда человек особенно ценил жизнь и каждый ее день, ценил хорошие отношения, ценил умение наладить контакт, умел отвечать за свои слова. У тех, кто вернулся (надо заметить, что обратно возвращались не все), существенно повышался социальный статус: они имели право голоса в обществе, право заводить семью.
Многие русские сказки символически показывают этот обряд, вы знаете их. Это и «Морозко», «Иван-царевич и Серый волк», «Царевна-лягушка», «По-щучьему велению», «Конек-горбунок» и др. Все они составлены по типу герой вырос и покидает отчий дом, сам или по наущению родителей. Сначала он простофиля, каких свет белый видывал, а обратно возвращается как победитель. Этот же путь зашифрован в старших арканах карт Таро.
Посвящение во взрослую жизнь включало в себя тройное откровение: священное общение с надличностным (богами), смерть и сексуальность. Познав все это у Бабы-Яги, девочка на обратном пути ведет себя иначе: склоняется перед священными символами и ест ритуальную еду — кисель, яблоко и пирожок. В ее реальную жизнь сейчас встроились все те знания, которые она получила за время своего длинного путешествия.
Вспомните сейчас сказки «Морозко», «Ленивица и рукодельница», «Госпожа Метелица», где скромная девушка-сирота слушает, делает то, что ей приказано и получает награду, а после — возможность выйти замуж за принца, а на худой конец, за купца или просто хорошего парня. А сестра-ленивица за свое поведение в лучшем случае получает антинаграду, а в худшем варианте замерзает, умирает или ее убивают. Этот момент тоже отражает древнюю инициацию. Когда непосвященный не знает как и что делать правильно, согласно архетипу, он лишается силы, а вместе с ней и жизни.
Также в этой истории очень много брачных символов: прошел неофит инициацию, а там и до свадьбы рукой подать! На психологическом языке это следует видеть как сюжет о воссоединении женского и мужского внутри личности, происходит марьяж Анимы и Анимуса, что сулит возможность преодолеть разрушительную силу материнского бессознательного — плохой Матери — Бабы-Яги.
Людей, тесно связанных с архетипом Матери (переводя на язык нашей сказки — непрошедших инициацию), видно по тому, как они ведут себя в обществе. Часто это неструктурированные, безответственные дети, будь им хоть двадцать пять, хоть пятьдесят два года.
Если «Гуси-лебеди» или иные сказки с подобным содержанием ваши любимые, то можно сказать, что прохождение инициации — ваша тема. И пора бы этим заняться, пока жизнь сама вам не дала пинка. Поверьте, за этим дело не станет.
Для мужчины ритуалом перехода во взрослую жизнь служит армия, где ему нужно научиться подчиняться командирам, жить в чужом коллективе, повышенные физические нагрузки — год в аскетичной обстановке очень благотворно влияет на мужскую психику.
Для женщины инициацией может служить переезд в другой город, самостоятельная аренда квартиры, длинное путешествие за свой счет за границу, где можно научиться ответственности. И работа с психотерапевтом хорошо способствует инициации, а с ней внутреннему росту и гармонии.
Но вернемся к нашей истории. В итоге душа и дух вместе, соединились. Девочку получила награду: батюшка с матушкой привезли ей платочек. На Руси существовал обычай «развязывание ума», когда маленькой девочке дарили юбку и платок. Было принято, чтобы первый платок именно отец дарил своей дочери, как символ признания ее женской сущности. И здесь отец символически признает свою повзрослевшую дочь, уже молодой женщиной, а не девочкой.
Брат и сестра. Конкуренция, как лейтмотив
Если мы посмотрим на эту же сказку с психоаналитической точки зрения, то увидим здесь наличие жесткой сиблинговой конкуренции.
С определенной долей уверенности можно сказать, что если «Гуси-лебеди» из числа ваших любимых, запоминающихся, или наоборот, неприятных сказок, то детская психика ваша пыталась как-то переработать сильные чувства ревности и зависти к своим братьям/сестрам. В детстве вы не знали, что делать с претендующими на любовь матери, как и вы, братьями/сестрами.
Да, эти чувства у нас в обществе не принято показывать, а более того, осуждать их присутствие. Но представьте себе такую картину: вы ведете свой бизнес, у вас активы, у вас прибыль, у вас материальная база. И вдруг, нежданно-негаданно появляется человек, который отбирает у вас половину вашего всего. И кабинет — больше не ваш личный кабинет, вам приходится его делить на двоих. И прибыль, и активы, все делить. Что вы чувствуете при этом?
Известный факт, что самое большое богатство для ребенка — это любовь матери. А если мать и так мало дает? То приходится биться за эти крохи. И ребенку приходят в голову крамольные мысли в отношении братьев/сестер: «Лучше бы тебя не было!» Этот внутренний конфликт как раз и отражает сказка «Гуси-лебеди».
Подобные чувства сопровождают людей на протяжении многих веков. Есть отражение этого и в греческих мифах, когда Гермес украл у своего родного старшего брата Аполлона стадо коров. Младший забирает у старшего, а не как-то иначе, ведь младший приходит позже и с ним уже другие, более зрелые, более расположенные к отдаванию любви родители, младшего любят больше, он любимчик, ему многое прощается.
Бывает и наоборот. Отражение чему мы видим, например, в сказке и одноименном мультфильме «Малыш и Карлсон». Малыш одинок, старшие не играют с ним, и тогда он придумывает себе друга Карлсона, которого никто не видит.
К сожалению, эти чувства зачастую подавлены в бессознательном, но от этого не менее актуальны, поэтому после смерти родителей при дележе имущества родные братья/сестры бьются насмерть, и внешне ради материальных благ, а на самом деле, чтобы получить ту часть любви, которую считают своей по праву.
Напоследок практическое упражнение
Символдрама — это метод психотерапии, где с помощью специальных образов-мотивов психотерапевт может вскрыть внутренние конфликты мягче и быстрее, обходя внутреннее сопротивление, узнать и проработать негативные установки эффективнее, так как вопрос задается не напрямую, а в символической форме. Как говорит Э. Вильке: «Это возможность сфокусировать свой бессознательный конфликт под защитой символа и проработать его в переносе на психотерапевта».
И работаем мы в образах со внутренним миром, с самым ядром глубинных проблем, ведь именно они становятся причинами наших «любимых неврозов».
По нашей сегодняшней теме статьи есть в символдраме мотив — «Любимая сказка». А задается он так: «Представьте себе, что вы попали в свою любимую сказку»…
Это поможет вам ответить на тот запрос, который вас мучает (о чем думаете последнее время, не можете принять какое-то решение и пр.). Я предлагаю вам прямо сейчас мысленно послать волнующий вас запрос в свое бессознательное, а после отвлечься от бренных мыслей и пофантазировать на тему этого мотива. Можно работать как с закрытыми, так и с открытыми глазами, в данный момент это не столь существенно.
Ответьте себе на вопросы:
- Что вы видите, когда вы в своей сказке?
- Как вы выглядите?
- Обратите внимание на то, в какой части сказки вы оказались, кто вы сами по себе или герой сказки?
- Кто вокруг вас?
- Какая там погода?
- Как вы себя там чувствуете?
- Что происходит?
- И что бы вам там хотелось бы? Сделайте то, что там бы хотелось.
Могут события происходить по заданному сюжету, а могут совершенно от него отличаться. Все детали, даже самые мелкие, на ваш взгляд, имеют значение и могут дать доступ к ответу.
Важно! После того, как вы вышли из образа, предлагаю вам записать весь образ и порисовать самый яркий запоминающийся момент. Сказка, как волшебный ключ, поможет вам разобрать и решить насущную проблему. И окажется, что все просто: главное — прислушиваться к себе.
Мы использовали иллюстрации художников В. Лосина и М. Петрова, В. Конашевича; редактор Ольга Воропай. Моя статья опубликована в журнале «Психология».
РУССКАЯ ВОЛШЕБНАЯ СКАЗКА
КАК ОТРАЖЕНИЕ СЛАВЯНСКОГО МИФА
(Выступление на школьном Дне Науки
ученицы 8 класса Петриковой Маргариты. Учитель – Матсапаева Е.В.)
Человек с самых древних времён пытался осмыслить окружающий его мир, ответить на многочисленные вопросы
- о происхождении солнца и месяца, неба и звёзд, земли с её многочисленными реками и горами,
- о смене дня и ночи, времен года,
- о жизни и смерти,
- о происхождении животных и человека.
Пытаясь объяснить всё происходящее, человек создал мифы
— о происхождении Вселенной,
— о животном и растительном мире,
— о происхождении человека,
— о загробной жизни,
— о добывании огня, происхождении ремёсел.
Таким образом, можно сделать вывод: миф – это произведение народной фантазии, объясняющее устройство мира, явления природы, смысл и причины происходящих событий (смена времён года, дня и ночи; стихийные бедствия; явления природы; смерть и т.д.)
Но наше представление о мифах чаще всего сводится к античным мифам, к богам и героям Древней Греции и Древнего Рима. Это можно объяснить тем, что именно об античных мифах сохранились высокохудожественные литературные памятники, наиболее известные самому широкому кругу читателей.
Эпоху Возрождения (15-16 вв.) можно назвать эпохой второго рождения и распространения мифов в Европе: оживился интерес к античности, проникают первые сведения о мифах арабов и американских индейцах.
Итак, наиболее известные мифы – мифы античного мира.
Но у наших предков — древних славян – тоже были свои, славянские мифы. Славяне, пытаясь понять и объяснить окружающий мир, олицетворяли его, представляя силы природы в виде живых существ – защитников(берегинь) и врагов(врагинь). В нашем языке до сих пор сохранились такие сочетания, как солнце встало, село, зашло, спряталось; ветер дует, ревёт, рвёт. Все эти выражения, как и сотни тысяч им подобных, мы можем назвать следами мифологических представлений славян. К сожалению, славянские мифы не дошли до нас, но многочисленные следы их остались в фольклоре, в большей степени – в волшебных сказках. Многие сотни лет шло превращение мифов в сказку.
Сказки пришли к нам из глубокой древности, и рассказывали их нищие странники, калики перехожие, отставные солдаты – словом, те, кто скитался по белу свету и передавал из уст в уста мудрость народную, складывающуюся веками.
Из этого можно сделать вывод: волшебная сказка – это переосмысленный миф, повествующий о том, как можно избежать неотвратимого действия враждебных сил природы, если человек уже очутился в положении невольного нарушителя.
Волшебная сказка «Гуси-лебеди» известна с детства. Эту сказку знаем наизусть. Но вряд ли догадываемся, какую сокровенную тайну хранит она! Как близка она к славянскому мифу, сколько мудрости народной пронесла она через века!
Хотелось бы несколько слов сказать об Александре Николаевиче Афанасьеве, историке и фольклористе, издателе «Народных русских сказок». Афанасьев А. Н. (1826-1871) – исследователь мифологии, автор многочисленных сочинений, в которых разъяснял и сопоставлял предания, обычаи, мифы наших предков. Окончив юридический факультет Московского университета, он принят на службу в Главный Московский архив министерства иностранных дел, что даёт ему возможность заниматься исследованием истории, права, литературы, народной поэзии, изданием произведений фольклора. Наиболее известными научными трудами исследователя являются «Древо жизни» и «Поэтические воззрения славян на природу. Опыт сравнительного изучения славянских преданий и верований, в связи с мифическими сказаниями других родственных народов».
Среди 600 народных сказок, опубликованных Афанасьевым в первом издании «Народных русских сказок»была волшебная сказка «Гуси-лебеди» — предмет данного исследования.
Эта сказка начинается со слов: была«Жили старичок со старушкою; у них дочка да сынок маленький» (Так же начинаются многие народные сказки) Вы не замечаете ничего странного в этих словах? «Старичок со старушкою и дети». Но как дети могли оказаться у стариков? Пришло это из славянской мифологии. Дети росли в семье до 7-8 лет, потом их отдавали старцам набираться жизненного опыта. Старики и старухи знали очень много: они помнили мифы племени, могли предсказать будущее, понимали природу. После обрядов посвящения дети уже не нуждались в родительской опеке. Тогда только старик со старухой (вожди племени) властвовали над ними.
Но вновь обратимся к сказке «Гуси-лебеди». Поехали старик со старухою на работу, а дочке наказывают, чтобы братца берегла. И за то привезут ей и булочку, и платьице справят. То есть, сказав эти слова, старики создали некий запрет. (Учёные считают, что вся жизнь первобытного человека была ограничена множеством запретов. Без разрешения нельзя было есть ту или иную пищу, пить те или иные отвары, покидать в одиночку становище, охотиться на то или иное животное. Нарушишь запрет – и придут в действие невидимые, злые, могучие силы.) Девочка не послушала совета старших, нарушила запрет — она оставила братца играть на травке под окошком, а сама побежала на улицу. «Налетели гуси-лебеди, подхватили мальчика, унесли на крылышках…Кликала, заливалась слезами, причитывала, что худо будет от отца и матери, — братец не откликнулся…Девочка угадала, что гуси-лебеди унесли её братца, бросилась их догонять.»
Рассмотрим подробнее сказочный образ «гуси-лебеди».В славянской мифологии водоплавающие птицы: гуси, утки, лебеди – были особо почитаемы, так как именно на них пересекает Океан-море Даждьбог – бог Солнца. Вообще, птица принималась некогда за общепонятый поэтический образ, под которым представлялись ветры, облака, молнии и солнечный свет. Как отмечает Афанасьев А. Н. :«В мифических сказаниях и в народной поэзии птицы являются услужливыми вестниками богов». В данной сказке они служат Бабе-Яге – единственному божеству. Гусь в фольклоре предстает в образе болтливого, по-матерински заботливого, несколько глуповатого существа. А лебедь – противоречивый символ: света и смерти, преображения и меланхолии. То есть, гуси-лебеди – это поэтический образ, созданный фантазией человека.
Бросилась девочка за братцем – то есть, героиня сказки отправляется в путь, где она встретится с печкой, яблоней, молочной речкой с кисельными берегами. Печка – это символ домашнего очага. Яблоня — символ земли-матушки, символ плодородия. Символ жизни и достатка – молочная речка с кисельными берегами. И можно предположить, что все они не являются чужими, несущими зло девочке и её братцу, ведь все они предметы ЕЁ мира. Всё это не несет девочке зла! И действительно, что предлагают печка, яблоня и речка в обмен на информацию, куда полетели гуси-лебеди?
- Съесть ржаного пирожка
- Съесть лесного яблока
- Съесть простого киселька с молоком.
Разве это испытания? Непосильная работа для девочки? Нет! Но как она ведёт себя? Она не ест ни пирожок, ни яблочко, ни кисель:
— О, у моего батюшки пшеничного не едят.
— О, у моего батюшки и садовые не едятся.
— О, у моего батюшки и сливочки не едятся.
Однажды, уже нарушив запрет, она боится повторения, ведь неизвестно, какое ещё испытание может выпасть на её долю. Постоянно она говорит: «О, у моего батюшки…» — тем самым она даёт понять, что не совсем доверяет этим волшебным предметам: они находятся вне ЕЁ дома. А значит, к ним надо относиться осторожно, какими бы ласковыми они не казались.
А почему для печки, яблони и речки с кисельными берегами так важно, чтобы она съела их дары? Это опять же традиция древних народов, в том числе и славян – тем самым она как бы становится их рода-племени. (Этот обряд сохранился до сих пор – мы встречаем гостей дорогих хлебом-солью.)
Не помогли девочке ни печка, ни яблоня, ни речка! Кто же указал ей дорожку? ЁЖИК. И при этом ни о чем её не просит. Почему? В славянской мифологии ёж – символ прикосновения, а свернутый в колючий шар, он представляет собой аналогию с солнечными лучами. То есть, теперь девочка прикоснулась к другому миру.
«Видит: стоит избушка на курьих ножках, стоит-поворачивается. В избушке сидит Баба-Яга». Образ такой таинственной и страшной избушки на курьих ножках, находящейся в самой глуши дремучего леса, пришёл в народную сказку из древности. В глухой, непроходимой чаще, скрытые от посторонних глаз, стояли в первобытные времена эти странные избушки. Они были как бы ключом в загробный мир. Каждый мальчик, прежде чем стать воином или охотником, должен был пройти через такую избушку, чтобы получить тугой лук и тяжёлое копьё из рук давно умерших предков. А попасть к ним можно было, только пройдя через такую избушку. Поэтому герои сказок даже не пытаются обойти её! Дверь в избушку повернута к лесу, то есть вход в жилище смерти находится со стороны смерти. Попасть в жилище Бабы-Яги непросто: надо знать заветные слова: «Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом». Не каждый человек, по мнению древних, имел право войти в загробный мир и побеседовать с предками – это мог сделать только посвящённый. Только тот, кто, ответив на все вопросы старцев, смог показать свою зрелость, имел право войти в избушку и получить покровительство прародительницы, покровительницы рода и владычицы судеб живых. Поэтому девочка и не заходит в избушку: подкралась она к окошку, ухватила брата и бегом бежать.
А гуси-лебеди за нею в погоню летят. Просит девочка речку спрятать её с братцем:
— Речка-матушка, спрячь меня!
— Съешь моего киселика!
Съела киселька — спрятала их речка. Но только гуси-лебеди воротились, летят навстречу.
— Яблонь, яблонь-матушка, спрячь меня!
-Съешь мое лесное яблочко!
Съела девочка яблочка яблоко — спрятала их яблоня.
Но гуси-лебеди вновь налетели, крыльями бьют.
— Сударыня печка, спрячь меня!
-Съешь моего ржаного пирожка!
Покружили гуси-лебеди над печкой и улетели.
Почему же теперь речка, яблоня и печка помогают девочке? Изменилось обращение её к ним: теперь она говорит:
речка-матушка,
яблонь-матушка,
сударыня-печка,
что показывает не только уважение, но и её признание, что все они – ЕЁ мир. И потому на обратном пути девочка взяла дары речки, яблони и печки. Легко было войти на сторону неизведанного, а вот выйти – сложно.
Интересно ещё одно наблюдение: когда девочка бежит в лес, «СТОИТ молочная речка, кисельные берега», а когда возвращается с братцем – «БЕЖИТ молочная речка, кисельные берега». Бегущие воды реки – это жизнь, жизнь, побеждающая смерть.
Благополучно вернулись дети домой. С момента нарушения девочкой запрета старших до её возвращения домой с братцем прошёл день. Но за это время она очень изменилась – она повзрослела, на что указывает и слово «девушка» в конце сказки.
Путь, который прошла девочка, можно разделить на несколько этапов:
- наложение запрета — некий оберег от беды, мудрость старцев;
- нарушение запрета – отсутствие чувства страха;
- следствие этого нарушения – беда, действие злых сил;
- путь испытаний и встречи в пути;
- применение магических действий – стремление найти друзей, помощников;
- возвращение к благополучию – приобретение жизненного опыта.
Итак, на примере сказки «Гуси-лебеди» мы проследили отражение славянского мифа с волшебной сказкой. И связь эта неслучайная, так как сказка – это миф, оторванный от магии.
И становятся понятны слова: «СКАЗКА-ЛОЖЬ, ДА В НЕЙ НАМЕК!
Наложение запрета — некий оберег от беды, мудрость старцев;
- Нарушение запрета – отсутствие чувства страха;
- Следствие этого нарушения – беда, действие злых сил;
- Путь испытаний и встречи в пути;
- Применение магических действий – стремление найти друзей, помощников;
- Возвращение к благополучию – приобретение жизненного опыта.